Урбанизм в провинциях


Ещё в большей степени, чем фигуративное искусство, повсеместно развивалось художественное ремесло: его произведения, получившие колоссальное распространение, прекрасно свидетельствуют о жизни и вкусах соответствующих регионов. Культурные проявления романизированной Европы, за исключением старых республиканских провинций, характеризуются небольшим количеством надписей, сравнимым с количеством рельефов и фигурных памятников.

Эти цивилизации, под которыми понимаются Три Галлии, предпочитали скорее изобразительные формы, нежели эпиграфические. Надписи из Лиона — целые страницы, выгравированные на камне, — исключение. Школы и центры образования были распространены повсюду, но кажется, что центральные и восточные провинции Европы не были богаты литературными талантами больше, чем талантами художественными. Скульптура редко выходит за рамки популярного уровня и не достигает, как в районе Трира, истинной оригинальности.

Ситуация в центральных провинциях была почти такой же, как в северных балканских провинциях: в восточных пределах, ограниченных Дунаем, могла извлекаться выгода из обширного внутреннего пространства Паннонии, земледельческой и ремесленной. Вдоль Дуная, по Саве и Драве проходили основные дороги, которые сходились к Сирмию и Виминакию.

Плотность городов здесь была меньше, чем в Средней Европе; можно даже утверждать, что она ощутимо сокращалась с запада на восток. Причиной тому было состояние провинций до завоевания и внедрение римской организации.

Прибрежные города Далмации развивались прежде всего благодаря активной адриатической навигации; в самом деле, хозяйственная жизнь Далмации, почти полностью изолированной от соседних территорий горными хребтами, ориентировалась в основном на море. Этой ситуации, которая способствовала контактам с Италией и Грецией, Далмация обязана развитием культуры своих городов, о котором можно судить по памятникам и фигуративному искусству.

Другие балканские провинции все же ощущали последствия греческого влияния, так же как прежде они находились под властью или, по крайней мере, испытывали влияние македонской политики. Здесь политика романизации проводилась с большой осмотрительностью: урбанизация долгое время ограничивалась греческими городами, распространяясь вдоль побережья Чёрного моря, от Византия до Херсонеса и лагерей легионов, расположенных на крупных перекрёстках, таких как Найсос, Стобия, Сердика (София), Ратиария, Эскус.

Во внутренних фракийских районах и в Нижней Мезии Траян начал осуществлять масштабную программу урбанизации, завершённую Адрианом: это была урбанизация по греческому типу, и началась она только после завоевания Дакии. Жизнь балканских провинций на самом деле была бы весьма напряжённой, если бы Рим позволил Дакийскому царству сохранить свою независимость: события эпохи Домициана доказывают это.

Перемирие, заключенное с Децебалом, предполагало выплату дакам обременительной дани; Траян принял решение освободиться от этой зависимости и угрозы, рассчитывая также присоединить к империи территории, богатые сельскохозяйственными и рудными ресурсами. Завоевание, которое иллюстрируют барельефы колонны Траяна, завершилось сравнительно быстро, а романизация новой провинции не заставила себя ждать.

Хотя Дакия стала первой из оставленных римлянами провинций, она навсегда сохранила своё римское наследие, свою лингвистическую романскую основу, преодолев славянское и турецкое влияние.

Траян, таким образом, завершил формирование римской Европы; начиная со времён Адриана империя сосредоточила все усилия на обороне границ, навсегда отказавшись от завоевательных кампаний, продолжив укреплённую линию лимеса до Чёрного моря. Эта линия разделяла две Европы: план тотального завоевания Европы не удался, интуиция Цезаря, предвидевшего географическое единство континента, утратила свою ценность; Европа, включённая в Римскую империю, лишь расширила пространство средиземноморского влияния.

Завершённая, стабильная организация внутри лимеса опиралась на городские структуры, тогда как дорожная сеть регулировала их расположение и товарообмен. За лимесом обитали варварские племена, которые постоянно перемещались, знали лишь несколько периодов покоя, детали которых нам неизвестны: в исторических источниках рассказывается о перипетиях этих народов только начиная с момента, когда они вступили в контакт со сферой римского влияния: регионы, с которыми их соотносили географы, варьируются в зависимости от автора.

Археологические данные указывают на культуры протоисторического типа. Все доступные нам сведения об организации и социальных структурах производят то же впечатление.

Эпохи, как и люди, неповторимы. Каждая имеет свой характер, только ей присущие черты. Удалённость древних цивилизаций от нас во времени и пространстве не позволяет в точности воссоздать их облик, реально почувствовать дыхание жизни, до конца осознать высокие духовные устремления и самые обыденные дела некогда живших людей.

Тем не менее мы стремимся заглянуть в мир древности, чтобы, поняв его, лучше понять себя. Древность манит нас, влечёт своей загадочностью и необъяснимым обаянием. Именно в парадоксальном сочетании многообразия и единства нам и представляется история древней Европы.


2010–2020. Древнейшие цивилизации Европы