Цивилизации древней Европы

Раздел 1 / Эпоха великого переселения

Что сегодня известно о неримской Европе? Она также эволюционировала: подобная мозаика различных культур существовала здесь в большей или меньшей степени только в доисторический период; многие народности достигали того же или почти того же уровня благодаря распространению древних северных культур, в значительной степени затронутых гальштатскими и латенскими традициями.

Наконец, к этим широко распространённым традициям добавились импульсы, пришедшие из Средиземноморья, а позже и из римского мира. С другой стороны, условия торговли сильно изменились по сравнению с предшествующими эпохами, когда средиземноморские центры распространения были расположены лишь на берегах моря. С тех пор континентальная римская цивилизация развернулась от Испании до Балкан, а центры производства и торговли сосредоточились в сердце континента, способствуя более глубокому и более быстрому проникновению новых веяний.

Многочисленные исторические источники, касающиеся политических и военных отношений, гораздо более сдержанны в том, что относится к деятельности торговцев и экономических производителей, и ещё меньше они затрагивают последствия этой деятельности, то есть приумножение богатств, которое установлено по археологическим данным по отношению к большей части внутренней Европы с конца I в. до н. э. Распределение римской монеты и продукции, которое Эггерс представил на картах, всегда очень показательных, особенно поражает и помогает уточнить многие элементы, в первую очередь связанные с коммуникациями и рынками сбыта.

Традиция больших ярмарок и периодически устраивающихся рынков, о которой мы говорили выше, однако, не угасла. Но мы не можем точно определить места, где собирались торговцы и где, возможно, «римляне» и «варвары» встречались вне непосредственной линии лимеса, который, по-видимому, не был лишён «ворот».

Можно с минимальной погрешностью прочертить дороги, связанные с торговыми передвижениями. Ситуация, обусловленная римской системой организации, несомненно, изменила значение некоторых частей внутриконтинентальной дорожной сети вследствие нового распределения экономических центров. Дороги, по которым караваны следовали вглубь Европы, по большей части были ещё старыми путями, использовавшимися с доисторических времён.

Но мир доисторический и протоисторический не имел границ. Когда был построен лимес, хотя торговля между двумя частями континента и не прекратилась полностью, линия укреплений, тем не менее, препятствовала свободному использованию дорог. Дорожная сеть романизированной Европы была, по-видимому, задумана и реализована исключительно ввиду потребностей каждой из провинций, связанных с Римом, — потребностей, которые по соседству с границей приобретали специфический военный характер.

Неримская Европа организовалась со своей стороны согласно собственным потребностям; но если римская дорожная сеть нам известна до мельчайших подробностей, то, что касается территорий по ту сторону лимеса, мы можем только строить предположения на этот счёт.

Обе системы имели, однако, точки соприкосновения: что вполне естественно, караваны стремились к основным ключевым точкам, каковыми являлись на западе Колония Агриппина и Могон-циакум (Майнц), в центре — Карнунт. Добавим важную деталь: предполагают, что наряду с римским дунайским и рейнским путём традиционные дороги с востока на запад, так же как доисторическая дорога с юга на север, которая соединяла Адриатику и Балтику, должны были использоваться от начала до конца вне римской сферы влияния.

В то время как морские коммуникации от Балтики до Северного моря активизировались, охватывая Скандинавию и территорию современной Финляндии, континентальные пути сходились в направлении Центральной Германии, не только от лимеса внутрь, но и поднимаясь от моря по рекам. Богемия в I в. н. э. играла важную посредническую роль; однако впоследствии она была почти исключена из крупных потоков европейской торговли.

Вторая сеть этой системы коммуникаций связывала Центральную Европу с Чёрным морем и русской равниной: бассейны Днепра и Вислы позволяли напрямую пройти от Азовского моря до Балтики. К востоку эта дорога достигала Каспийского моря и Центральной Азии, не имея ничего общего с дорогами на Западе: здесь понятия времени и пространства меняются коренным образом. Тем не менее она установила ту связь, значение которой возрастёт позже, и поэтому мы упоминаем её здесь.